2026, John Kalligan.
Джон Каллиган устал. Устал обозревать вокал советских певцов, потому что их не за что ругать. Все как один умеют петь, прекрасно интонируют, а в аранжировках старых записей обнаруживаются пласты оригинальных решений. Поэтому усталость усталостью, а Джонни не перестанет делать эти обзоры – потому что они ему нравятся и дают возможность отдохнуть от пения современных артистов.
У Анны Герман, 90-летие со дня рождения которой мы недавно отмечали, не было профильного образования, тем не менее Каллиган не нашёл в её пении ни одного повода для придирок. Правда, «лайвов» в нынешнем понимании у певицы, умершей в 1982 году, нет, но Джон считает, что это не проблема. Дело в том, что в то время не было современных методов обработки вокала, тюна и сбора записи по нотке. Студийным треком становился самый удачный живой дубль, то есть от артиста априори требовался вокальный профессионализм. Голос Анны Герман справочники характеризуют как колоратурное сопрано, а ведущий нашёл для него несколько нехарактерных для его выпусков эпитетов: высокий, светлый, статный, гордый и т.д.
Главное ощущение от вокала Анны Герман – она поёт естественно. Даже сложные по сути песни даются ей без видимых усилий, поэтому Каллиган предлагает слушателю сосредоточиться на устройстве этих самых песен: как в «Эхе любви» они со Львом Лещенко то становятся бэк-вокалистами друг у друга, то поют в унисон; как в аранжировке «Катюши» услышать джазовые эксперименты; как танцевать под «А он мне нравится». Слушая «Колыбельную», Джон провозгласил себя «латентным дедом» и дал рекомендации, как можно испортить такую песню: нужно пригласить любую современную певицу. Она наверняка будет так стараться («бэлтить, орать, расщеплять, демонстрировать мелизмы»), что выбьет из произведения всю душу и смысл – то самое, что умела идеально доносить Анна Герман.
Алексей Мажаев, ИнтерМедиа
